Наверное, пройдут десятилетия, прежде чем мы узнаем всю правду о «пятидневной войне» на Кавказе. Пока же «КП» рассказывает о простых людях, которые стали очевидцами и героями этой войны. Один из них - рядовой десантник Сергей Кононов, который в одиночку три часа удерживал колонну грузинских танков, идущих на столицу Южной Осетии. 

Пост № 3

7 августа среди ночи грузинские «Грады» ударили по Цхинвалу и прилепившемуся к нему военному городку батальона российских миротворцев. 

Часовой поста № 3 (пост располагался в углу военного городка, на том направлении, откуда грузины пошли в атаку) рядовой Сергей Кононов через три ступеньки слетел вниз по лестнице с наблюдательной вышки и занял позицию в бетонном «стакане». Диаметр «стакана» - около метра. С бойницами для наблюдения и стрельбы. Снаряды ложились часто и плотно. Горела и казарма, со стороны города валил едкий дым. В редких паузах между взрывами слышны были яростные крики женщин да стоны раненых, звавших на помощь. А еще - густо нафаршированные свирепым матом голоса командиров, пытавшихся управлять своим немногочисленным войском (всего чуть больше полутора сотен человек, остальные были на постах, разбросанных вокруг Цхинвала.)

Когда стало светать, Кононов заметил, как на гребне холма появились танки и солдаты грузинской пехоты. Изредка танки выплевывали пламя и окутывались дымом. Звуки выстрелов долетали позже. И тут же, где-то позади Кононова, в расположении батальона рвались снаряды, взлетали в небо куски железа, кирпича и дерева. 

Сергей взял автомат наизготовку. Чтобы зря не тратить патроны, стал выжидать, когда грузины подойдут поближе. Прицелился в крупного пехотинца, который семенил между танками. Автомат вздрогнул от короткой очереди. Пехотинец вскинул руки и рухнул на землю. Кто-то из солдат батальона запрыгнул в старый окоп и тоже стал палить по наступающим. Цепь атакующей пехоты начала редеть. Неподалеку, на улице Цхинвала, запылал танк, явно подбитый из гранатомета осетинскими ополченцами. Минометчики из миротворческого батальона попытались развернуть свою батарею для ведения огня, но несколько грузинских снарядов снова упали неподалеку - бойцов оглушило и посекло осколками. Минометы так ни разу и не выстрелили - уже некому было их зарядить...

Тем временем накатывалась новая волна грузинских танков и пехоты. А часовой Кононов продолжал прицельно строчить из своего бетонного «стакана»...

Когда закончились патроны...

Примерно через час у Сергея стали кончаться патроны. Но ему в тот момент повезло: грузины почему-то остановились, а затем отступили назад, за гребень холма. Кононов решил сбегать в казарму - за боеприпасами и другим автоматом с нормальным стволом. Его АКСУ (тот же «калашников», но с укороченным стволом с раструбом на конце) от перегрева уже задыхался и кое-как «расплевывал» пули. Он успел поменять автомат и поговорить с ранеными миротворцами, которые находились в казармах. А потом снова вернулся в свою крохотную крепость. 

Вскоре началась новая атака грузин. Кононов продолжал сражаться еще два часа. За это время батальон успел перетащить раненых в подвал котельной, где было относительно безопасно и куда не падали снаряды, а потом выяснилось, что кочегар, житель Цхинвала, корректирует огонь грузинских артиллеристов по мобильному телефону (наводчика вычислила санинструктор, младший сержант Майя Бестаева). Кочегар помогал стрелять и по посту номер 3, который был для наступавших костью в горле. По часовому стали «персонально» лупить пушки и минометы.

Сергей оставался на своем посту до того момента, пока грузинский снаряд не разбил его бетонный «стакан» и не убил солдата. На обломках его персональной «Брестской крепости» все время водка, сигареты и хлеб. Сослуживцы не забыли Сережу...

Рядовой Сергей Кононов свой долг выполнил с честью.

ТАКИМ ОН БЫЛ

Сергей мечтал построить дом

В удмуртском селе Варзи-Ятчи Сережу Кононова знали все. Широкоплечий, статный, сильный парень всегда выделялся среди сверстников. Провожали в армию его осенью 2005 года всем селом. Плакали, отпускать не хотели. 

Сергей вырос в обычной семье. Жили небогато - у отца с матерью пятеро детей. 
Уходя в армию, Сережа мечтал вернуться и построить дом. Перед самым его призывом их дом сгорел дотла. Пожилые родители, братья и сестры остались без крыши над головой. Переехали в покосившуюся хибару с единственной комнатой на всех. 

В этом доме от долгой болезни умерла мама. 

- Ничего, папа, мы прорвемся! - уверенно сказал тогда Серега сдавшему от горя отцу. - Я пойду служить по контракту, денег заработаю. Мы себе такой дом отстроим - все позавидуют! Ты только дождись меня (отец Виталий Иванович часто болеет и уже очень слаб). Обязательно дождись.

- Сынок, мой сынок, - гладит Виталий Иванович фотографию Сергея, и горькие слезы скользят по его бледным щекам. - Ну, сказал, дождись меня. Я дождался вот, только в гробу…

За 3 дня до смерти Сережа говорил по мобильнику с братом Женей - тоже десантником (он служит в Ульяновске). 

Рассказывал брату о планах на будущее. Говорил, что уже денег поднакопил на дом - 250 тысяч. Вот приедет, построит и женится. Будут у него красивая жена, крепкая семья, здоровые детишки.

Сбыться этим мечтам было не суждено.